Межрегиональная общественная организация
"Общество фармакоэкономических исследований"

Choose language:     Russian   English 

Подпишитесь на новости:

МОООФИ является российским отделением Международного общества фармакоэкономических исследований (ISPOR)

МОООФИ является российским отделением Международного общества фармакоэкономических исследований (ISPOR)

Система оценки стандартизации медицинских технологий ФМБА России
Система оценки стандартизации медицинских технологий ФМБА России

clinicpharm

Магистратура «Управление
и экономика здравоохранения»

Российская медицинская ассоциация Пироговское движение врачей России

Кокрейновская библиотека
Кокрейновская библиотека

21.08.10 Паром Ванино - Холмск


Отсюда дорога на Ванинской порт



Ничего себе мостики



Туристы не ездят сюда, лишь траки бредут, цепенея



Сотни километров горелого леса



Мэр Ванино настроен решительно



Обычно дарили мы, а в Ванино - нам



Ванино был одной большой зоной



Дальлаг, БАМлаг, все были тут



Магнитофон из недр НКВД до сих пор работает



Памятный знак жертвам репрессий в Ванино



Человек, давший имя этой бухте



Простой ужин дальневосточника - икра, краб



Восход в Ванинском порту



Заезжаем на паром



Интеллектуальный час


Мы везем и забираем с собой погоду. Пока мы в пути – идут дожди, когда мы стоим – солнце и жара. Так и в этот раз: в Комсомольск привезли пару солнечных дней, выехали в жуткий сплошной дождь. А впереди нас ждали перевалы Сихотэ-Алиня. Дорога – нас предупреждали – не самая гладкая. С трассы Хабровск – Комсомольск-на-Амуре уходим направо, к морю, в сторону Ванино. Первые 60 км – асфальт, дальше он обрывается. Дорога местами напоминает съезд на какой-нибудь пляж – узкая, вся в тальнике (ветлы или ивы). Но по ней ходят вполне серьезные трейлеры с полной загрузкой. Узкие мостики в 1 колею, проломленные доски, снесенные заграждения. Того и гляди все эта хилось и гнил рухнет под нами. Но прошли же здесь только что многотонные машины. На самом деле мосты в несколько накатов бревен, а нередко – на стальных фермах. Только раз объезжали мы проломленный мост. Хотя объездов много – что-то все время ремонтируется, подсыпается. Даже вброд где-то речушку переехали. Правда – больше для съемок. Идет строительство новой дороги, сыпят скальник, рвут сопки. Дорогу спрямляют сильно местами. Примерно 2 участка ровного хорошего асфальта, уложенного пару лет назад. Километров по 20 с отбойниками, разделительными линиями, разгонными полосами. Не дорога – удовольствие. Но потом – кстати, без всяких знаков – спрыгиваешь на грейдер, местами переходящий в грязь. Одно место особенно топкое, по нему еле ползут грузовики, буксуя. Горки берутся только с разгона. Я выехал на гребень такой горки, от меня было две полосы, но идущий снизу трейлер возмущенно задудел: склон в одну полосу, и не войди он в нее из-за меня – ему по жидкой грязи отъезжать назад, разгоняться. Не ясно, как бы он влез. Хорошо, я на двух ведущих мостах спрыгнул в грязь с его пути.

Нам говорили, что от Комсомольска 9-10 часов пути, из них не менее 6-7 – 300 километров от трассы до Ванино. Мы, конечно, прошли часа на 2 меньше. Не то, чтобы мы гнали, местами скорость падала до 40 и даже 20 километров. Но подготовленные наши машины позволяют идти на 20-30 км быстрее там, где другие машины еде ползают: высокая посадка, специально подпружиненные рессоры и длинноходовые амортизаторы, специально отключаемая тяга поперечной устойчивости, которая уменьшает биение колес. Все это приводит к тому. что колеса живут своей непростой жизнью, а кабина с пассажирами – своей. Хотя тряска, безусловно, зубодробительная.

Вокруг сплошь – почти по всей дороге – следы пожарищ разных лет. Больше – к побережью. Тайга выгорела полностью. Стоят обуглившиеся леса, или одинокие кряжистые обгоревшие стволы. Потом рассказали нам, что самый страшный пожар был в 73 году, когда горели артиллерийские склады, один поселок выгорел полностью, а жителей Ванино эвакуировали на всех возможных кораблях в море, так как со складов просто шел артобстрел. Солдаты пытались что-то сделать, были погибшие, по поселку носились болванки, начиненные порохом, взрывались, поджигали дома. Были погибшие и среди гражданских. Но тогда об этом было не принято рассказывать, так что слышал я эту историю впервые.

Встречал нас Александр Семенович, зам. главного врача бассейновой больницы перешедшей в ведомство ФМБА пару лет тому назад. Он попросил нас подождать его на въезде, он привезет с собой корреспондента местной газеты. Мы выехали на какую-то площадку, откуда сквозь деревья маячил порт. Мы доехали! Нельзя сказать, что чувства нас переполняли, что мы не могли сдержать эмоций. Нет, реакция была более спокойной. Хотя, безусловно, 12 тысяч километров, три года усилий, неимоверный объем информации, полученный нами в этой поездке привел к некоторому затуплению чувств. И некоторой усталости. Не физической, а скорее к эмоциональной отупелости. Даже на камеру не очень сыграли.

Приехал Александр Семенович, отвез нас к Дому Культуры. Там произошла встреча с Главой района, довольно молодым человеком, поджарым, активным. Он долго говорил про район, про его развитие и значение. Оказывается, через порт Ванино идет 12 млн. тонн груза, это предельная мощность БАМа. Строятся новые терминалы, в частности – недавно открылся нефтеналивной. Он скоро выйдет на 12 млн. тонн в год, т.е. полностью исчерпает возможности железной дороги. Отсюда везут мало – в основном сюда. Много ожиданий было связано со строительством дороги, но строителей сняли во Владивосток и она теперь строиться ни шатко, ни валко. Там, во Владивостоке – проект века возводят. А тут – трава не расти. Но все больше грузов движется сюда трейлерами, особенно тех, которые идут на Сахалин. Тут, в Ванино, единственный паром на Сахалин, который может везти большие грузы, включая вагоны. Была бы дорога – грузопоток был бы гораздо большим через автомобили. А так «второстепенные» грузы в вагонах загоняются на запасные пути и там могут простоять сколь угодно долго, пропуская «первостепенные».

Потом вдруг Глава администрации обрушился на политику Минздрава. Сначала очень резко, потом я попросил на камеру, тональность уменьшил, но все равно сказа все, что думает. А именно: Минздрав строит центры в областных городах – может быть оно и нужно. Но совсем не думает про первичное звено, хотя бы на уровне районов. Вот злополучный проект «Здоровье». Дали биохимический анализатор, купленный за бешенные деньги. Они ведь не дети, цены в Интернете ведь открыты. Под установку надо было сделать ремонт – но на него деньги были не запланированы. Ладно, из положения вышли, но тут СЭС со своими требованиям, которые не позволяют анализатор установить там, где есть под него помещение. Надо образовать врача – опять деньги, их нет. Дальше – в комплекте с оборудованием только «пробники», предлагают покупать расходники и реактивы только у «уполномоченных» поставщиков. А там – втридорога. Опять – есть Интернет, все цены проверяемы. Но у других купить нельзя. Как вы думаете – почему?

И травля со стороны проверяющих органов. Проверяет деятельность сейчас около 23 разных организаций. От главных врачей не выходят прокуроры и Счетная палата. По несколько проверок в день. А сверху только и слышно – ату их. То приказ, куда стучать на врачей, то призыв проверять работу врача прокуратурой. Странно все это, не понятно.

Главное – нигде не предусмотрена программа развития первичного звена. Она не может быть единой на страну – слишком много разных «обстоятельств». Вот, например, в Ванинском районе 20 тысяч человек живет в самом Ванино, а остальные – разбросаны в основном по станционным поселкам. Как туда добраться, кроме железной дороги. Как туда заманить медицинский персонал. Даже если живет 2-3 сотни человек, им тоже нужна медицинская помощь. Но никто про это не думает. А персонал оттуда исчезает. Да и в Ванино 70% персонала старше 55 лет. Молодежь есть только среди медсестер, врачи не едут. Зарплата еле-еле набирается у врача тысяч 20, на 30 – не приходиться рассчитывать. А жить где? На эти деньги можно сводить концы с концами – и все. Никакого развития. Молодежь после ВУЗа сюда калачом не заманишь. Единственное средство – квартиры, но нет никакой программы. Муниципалитет на себя квартиры взять не может, цены-то здесь как во всей России, точнее – во всей России одинаковые на рынке вторичного жилья. Потому как люди, продающие квартиры здесь, хотят на эти деньги купить квартиры где-то поцентральнее. Запасов-то нет ни у кого. Вот и держаться цены.

У жителей нет возможности съездить в край, получить там обследование. Туда несколько дней пути и очень дорого, там еще надо пожить где-то. Все это – не реально. Ладно бы вопрос о сложных и действительно редких исследованиях – нет, вопрос об элементарных тестах. Глава района очень просил, чтобы эта боль про здравоохранение на нижнем этаже было доведено до принимающих решение лиц. Попытаюсь.

Далее была встреча в краеведческом местном музее, созданном энтузиастами и местными властями. В отличие от государственных музеев, здесь треть экспозии связано с ГУЛАГом. Более того, местный учитель истории несколько лет назад выпустила книгу, собрав в них воспоминания старожилов о том, как возник порт. Здесь главной силой были ЗК. Они появились тут в 39 году с моря, Управление БАМЛага, с центром в Свободном, где мы проезжали, строили тут железную дорогу. Был приказ Сталина – дорога без мостов и туннелей. Построили за 2 года, открылась дорога в 44 или 45 году. Отсыпали, взрывая, сопки, удлиняя путь по склонам гор. Очень пригодились тогда изыскания Арсеньева, ходившего тут. Ах, какая книга «Дерсу Узала».

Ванино состояло в основном из зон. Было их тут много, измерялось число – десятками. С 47 года заработала пересылка, через которую прошло на Магадан и на Сахалин – по разным оценкам – до 800 тысяч человек. точных цифр нет. Страшный период – амнистия лета 53 года, когда тут началась резня воров в законе, организованная руками сук с провокации Органов. Привозили состав и выпускали на ночь в лагерь, утром грузовиками вывозили трупы. Такая милая история. Позже, чтобы сократить проблемы, баржи с ЗК оставляли на рейде, пока под них не подавали состав, чтобы вывезти на «большую землю» амнистированных. К тому времени на Колыме «политических» было мало, а амнистия распространялась исключительно на уголовников.

Вот лишь одна история. Попали сюда на пересылку члены грузинского молодежного ансамбля. Перед войной поехали они с гастролями по Европе, когда началась война, вернуться в СССР не смогли. Американцы передали их нашим властям, и из Европы, после освобождения, весь ансамбль поехал на Колыму. Пытались они задержаться на пересылке в Ванино, выступали с песнями по всем командировкам, но не получилось – их отправили дальше. Какова их судьба – здесь не известно.

Но главное – тут помнят историю, чтут ее, есть и крест памятный, установленный над бухтой, и хорошо оформленный музей. После Томска это первое место. где эта тема рассматривается как важная.

И еще одна неожиданность. На стенде, среди открывателей и исследователей обнаружился вдруг некто Логгин Александрович Большев. Именно его экспедиция открыла Ванино, и именно он дал имя этой бухте по фамилии члена своей экспедиции. Потом уже оказалось, что Ваниных было двое – родные братья – один в экспедиции Большева, второй где-то в Хабаровске, и до последнего времени название бухты связывали именно с Хабаровским Ваниным. Не это важно. Важно, что я вырос в компании с Надей Большевой, чей папа Логгин Николаевич, был известным математиком. Таких совпадений не бывает, хотя я никогда не слышал про мореплавателя и исслдеователя Дальнего Востока. Впрочем, не настолько я был близок этой семье. А с другой стороны – как же тесен этот мир.

Нам всю дорогу предлагают с дороги помыться. Эта тема доминирует при всех встречах. И тут затащил нас Александр Семенович в баню. Финскую. Но как-то все через одно место сделанное. Хотя и богато. Первая тема – раздевалка, через дорогу баня. Раздеваешься, моешься в душевой кабинке, а потом длинным коридором, мимо кафе идешь в баню. Температура в самой бане явно выше 100 градусов, больше 5 минут не выдержали. Есть джакузи, небольшой бассейн плавательный – не купель. Потом нам устроили дальневосточный ужин – краб, красная икра, палтус. Все - свежее. Рассиживаться не пришлось, нам надо было в порт. Но вся встреча, разговоры, рассказы очень важны для нас.

Заехали мы в порт как нам сказали: ровно в 10 часов. Порт надо объехать полностью, в каком-то загадочном домике находится окошко фирмы Трансервис, куда надо обращаться с оформлением. Оформили и тут узнали, что паром только придет в 5 утра. Его надо разгрузить, потом – загрузить – раньше 7 паром не уйдет. Пришлось спать в машине. Не очень удобно, но выбора большого не было. Кстати, резервировать паром надо дней за 5, можно – по телефону. Без резервации попасть в порт не возможно. Тариф включает различные сборы, в том числе –портовые. Стоит удовольствие 12 500 руб. на машину. Да еще нужна каюта, так как этот тариф предусматривает только сидячие места на нижней палубе. Каюту, как оказалось, тоже надо заказывать заранее. Когда стали садиться на борт это выяснилось: на нас места не было. Но Галя стала задавать вопросы – а она была в арьергарде – и нам выделили 4-х местную каюту на пятерых. Ну хот так. В каюте есть раковина, туалет общий, но, на удивление, очень чистый. Вроде даже есть душ. Кафе, и не очень дорогое.

Сначала загнали вагоны, потом – грузовики и уже в конце – нас. Меня почти уткнули бампером в буфер вагона. Вагоны привязаны стальными растяжками. Нас крепят только передачей и ручником. Сигнализацию просят не включать, так как от качки работать она будет непрывно. Закрываем центральным замком, а водительскую дверь – ключом.

…Ванино терялось в утреннем тумане. Перемигивался красными огнями створный знак на берегу. Уходили вдаль портовые краны, нефтеналивной терминал, горы леса и угля. Покачивались на рейде танкеры и сухогрузы, ожидающие погрузки. Вдали чернели склоны Сихотэ-Алиня, через которые мы перевалили вчера.

Наше плавание началось на 7 часов позже расчетного времени. Мы просили, чтобы нас отправили вечером того дня, что мы приехали. Так и получилось: заявку сделали на паром отправкой в 0 часов. Правда заранее предупредили, что паромы ходят тут не по расписанию, а как бог на душу придется. Всего в движении 3,5 парома, они старые, который половина – совсем почти не едет. Им всем по тридцать и более лет. Поэтому все устроено просто: пришел паром, в него грузят вагоны, штук 15, несколько фур и легковушек, и он отходит. Идет паром неспешно, мы замерили с помощью Айфона – скорость движения 10-12 км в час. Работает только один двигатель – экономят топливо. Пытались запустить еще один дизель, работающий пошибче, но он не запустился. А этот старенький все время перегревается, несчастный. Время в пути обещали нам 19 часов. Придем в Холмск в два часа ночи: 19 часов в пути. Не очень приятно, но делать нечего. Это значит, что ничего-то на Сахалине мы не посмотрим – не будет времени: 24 надо будет части команды улететь домой (Андрей зарезервировал по телефону билеты из Ванино), а мы с Мишей планируем отогнать машины в Хабаровск, где договорились поставить их в контейнеры и перевезти по железной дороге в Москву.

Ребята пошли снимать все помещения, какие можно на пароме. Им рассказали, что на корабле 6 дизелей, каждый потребляет 300 литров в час. Экономия – понятна. Дизель вырабатывает электричество которым и крутят винт. Есть задний и передний винты, передним заводят паром на место разгрузки. Только что паром отстоял 2 месяца в Китае на ремонте – там хоть и делают плохо, но сильно дешевле. Все поношенное, потертое, ржавое. Говорят, компания еле сводит концы с концами. Похоже, так как ничего в развитие не вкладывается – только поддерживается на плаву. Сколько еще лет протянут – не ясно, но обновления не будет точно. Денег при таком раскладе взять на модернизацию неоткуда, а кредиты с таких прибылей – не отдашь

Солнце выписало почти полный круг вокруг нашего корабля и уход в море за кормой. Там – облака, кроваво-красная заря. Касаток мы так и не увидели, а теперь, в темноте и не увидим. Жалко. Они тут гоняются за косяками горбуши, которая как раз идет к местам нереста. Еще несколько часов - и мы ступим на Сахалин.